Главная Приглашение в Музей Коллекция изданий военных лет (1941-1945 гг.) Украинская художественная литература в годы войны (1941-1945)

Украинская художественная литература в годы войны (1941-1945)

Украинская художественная литература в годы войны (1941-1945)

Культурную и документальную ценность для нас, бесспорно, представляют украинские журналы, в частности, журнал «Днепр», подшивки которого за 1944-1945 гг. частично сохранились в наших фондах. В этом небольшом по формату литературно-художественном ежемесячнике публиковались не только произведения именитых украинских авторов, таких как Платон Воронько, Максим Рыльский, Остап Вишня, Максим Танк, Андрей Малышко, но и были представлены работы малоизвестных литераторов, регулярно публиковались стихи поэтов разных национальностей. На страницах журнала нашла свое отражение также критика и библиография. Оценивая уровень публикаций с позиций современного видения, нельзя не отметить их заидеологизированности и крайней политизированности. Но, учитывая аутентичность представленного материала, объемность и разноплановость обозначенной тематики, он однозначно имеет историческую и культурную значимость.

В связи с этим хотелось бы познакомить пользователей с очерком Андрея Малышко, посвященного теме войны в украинской художественной литературе. Несмотря на некоторые моменты, – возвеличивание роли вождей тоталитарного режима, прославление коммунистической партии, как движущей силы в победе 1945 г., – сам очерк, его эмоциональный настрой, напрашивающиеся исторические аналогии воспринимаются сейчас очень по-современному.

Малышко А. Украинская советская литература в дни Отечественной войны //Дніпро. – 1944.– июль №1.– с. 117

Война всколыхнула украинскую советскую литературу, как могучий гром, всколыхнула и позвала на бой. Зарева и пожары, взрывы бомб над мирными селами и городами, дороги войны, покрытые воронками и разбитые почерневшими танками, убитые и раненые люди, первые повешенные немцами на безлюдных городских площадях – вся страшная и кровавая эпопея наибольшей битвы в истории человечества нашла хоть неполное, но яркое отражение в украинской художественной литературе.

В начале войны в Киеве, как и в других городах, ночи были грозные и тревожные. Эшелоны отходили на запад. Укрытые брезентом на огромных платформах двигались потоки танков «КВ» и «Т-34» на запад. Пыль старинных украинских дорог, поднятая сотнями тысяч солдатских сапог, не успевала оседать за ночь. Шли полки за полками, дивизии за дивизиями, армии за армиями. В колодцах не хватало воды, чтобы напоить людей и заправить машины. Боеприпасы горами лежали на станциях, на степных дорогах. Армии забирали их за ночь, и на их месте выростали новые горы. Нельзя было найти клочка земли, не обожженного войной. Нельзя было встретить человека, не воспылавшего праведным чувством гнева против немецких захватчиков.

Украинские советские писатели почувствовали себя солдатами с первого дня войны. Шестьдесят пять товарищей – поэтов, прозаиков, драматургов пошли в военкоматы, одели шинели, взяли оружие и уехали на фронт. Среди них были Николай Бажан, Александр Корнийчук, Андрей Головко, Иван Ле, Кость Герасименко, Сергей Воскрекасенко, Юрий Шовкопляс, Леонид Первомайский, Петр Дорошко, Олекса Десняк, Степан Крижановский, Любомир Дмитерко, Анатолий Шиян. Наступило суровое грозное время. Смертельная опасность нависла над головой отчизны. Каждый из писателей считал своим долгом доказать, как глубоко и горячо любит он свой народ, свою родную землю, своих вождей.

Нужно было иметь мужественное сердце, честный, светлый ум и железный характер, чтобы сквозь пелену багряных туч войны, через первые неудачи, которые мы испытали, через горе и кровь матерей наших видеть будущую победу. И мы говорим сегодня с гордостью – да, мы видели в эти горькие дни нашу победу, потому что нас воспитал Сталин.
Душа народа пылала гневом. Нужно было сказать такое поэтическое слово, чтобы оно вспыхнуло, как искра, и выразило самую глубокую веру и правду, чтобы оно вело сыновей и родителей наших в бой. И такое слово было сказано.

В нас клятва єдина і воля єдина,
Єдиний в нас клич і порив.
Ніколи, ніколи не буде
Вкраїна Рабою німецьких катів.
Сталева незламна і мудра людина
Веде нас до грізних боїв.
Ніколи, ніколи не буде Вкраїна
Рабою німецьких катів.       (Николай Бажан)

Кто теперь в Советской Украине не знает этого стихотворения? А в те дни, идя на фронт, люди повторяли эти слова, как хорошее и грозное напутствие:

Ніколи, ніколи не буде Вкраїна
Рабою німецьких катів.

Другой наш товарищ, талантливый поэт-фронтовик Иван Нехода, не раз побывав в окопах и среди танкистов, принимая участие в танковых атаках, сам будучи тяжело раненым, как-будто подслушав сокровенные, потаенные мысли рядового бойца, писал:

За всіх воюєм ми, за всіх серця в тривозі,
Ми ідемо крізь смерть назустріч перемозі,
Щоб вигнать ворогів із рідної землі.
Отак ми живемо далеко від рідні.
По вбитих друзях лічим наші дні,
По власних ранах пам'ятаєм дати,
Ми, що презріли смерть,
Ми – Сталіна солдати.

За время войны украинская поэзия заняла первое место среди других жанров. Лирика и эпос, песни и поэмы, баллада и агитка, боевой лозунг и сатирическая строфа, стихотворная повесть и даже роман будут подписаны датами и днями Великой Отечественной войны.

Как всегда бывает во времена больших исторических событиий и народных движений, в поэзии рождается сначала короткая боевая песня, стихотворный призыв, агитка, пламенный марш. Но впоследствии, когда начинают ярче очерчиваться в событиях характеры, появляются перед глазами художника человеческие отношения во всей сложности и глубине. Трагическое и смешное, грозное и веселое, спокойное и волнующее оживает перед ним. Черты характера: храбрость, самопожертвование, честность и откровенность, доблесть и скромность наливаются кровью и чувством. Настоящий художник бросается в этот поток человеческих страстей и творит талантливые, а, возможно, и великие произведения. Он не оставляет свои замыслы на завтрашний день, не успокаивается, а, пережив увиденное и услышанное, творит вдохновенно, волнуясь, работает сегодня, в этот час и минуту. Какой это необычный и благородный труд.

Украинская советская поэзия во время войны имела свой период декларативности, поверхностного подхода к событиям. В таких стихотворениях еще не было человека, а были лишь имена людей. В них не было черт характера, а были только намеки. Такие стихотворения по большей части писали поэты, не столкнувшиеся еще непосредственно с фронтовой жизнью, не знающие полностью, чем живет наш человек на передовой линии, в блиндаже, на отдыхе, в атаке. В этой поэзии не было психологии и колорита войны, не замечалось тех золотых пустяков быта и жизни солдата, которые так замечательно использованы, например, в русских стихотворениях Александра Твардовского или Алексея Суркова.

Война требовала от украинских поэтов глубины отражения явлений, раскрытия внутренней сути событий и изображения человека таким, каков он есть. Тема войны, набравшись плоти и крови в полном спектре красок и оттенков, вошла в украинскую поэзию позже и стала в ней полновластным хозяином. В поэзию вошел человек в серой солдатской шинели с автоматом за плечами, в тяжелых сапогах, покрытых порохом походов, в стальной каске, пробитой пулями. Это мог быть летчик или танкист, автоматчик, пехотинец или скромный сапер. Это был защитник нашего народа, большой патриот, воин советской земли.

Черты его характера, безграничную храбрость, нежность и любовь ко всему родному и ненависть к врагу нужно было раскрыть глубоко, искренне и правдиво. Солдат ко всему привык: к ранам и холоду, к труду и опасности. Во имя Отчизны он все перенесет.

У сльоту і негоду,
Десь під мокрим кущем,
Десь після переходу
Під осіннім дощем
Ляж на мокрій шинелі,
В головах протигаз,
Бо другої постелі
Тут немає для нас.
Важко, знаю, що важко,
А ти сили помнож,
Дальня путь.
І баклажка
Важить збоку. Так що ж,
Піхотинцю, Вітчизна
Вимагає, війна.
В тебе воля залізна,
В тебе сила земна.       (Петр Дорошко)

Солдат нашей Отчизны скромен, вынослив, храбр. Он не любит говорить лишнего, он не терпит поверхностной барабанной болтовни. А потому и поэзию о нем нужно писать без барабанного пафоса или сухой риторики. Он суров, как суворовец: ляг на мокрой шинели, в головах противогаз. Да, иногда он бывает грустным, когда вспомнит свою семью под немцами, свой родительский дом, сожженный в далеком родном селе. Он носит с собой на груди горсточку родной земли от той почвы, где сам родился и рос, и работал, где жили его деды и прадеды.

Я пронесу його крізь всі бої,
Усі думки і пориви мої
Ним з'єднані навік в ньому злиті.
Усе життя і прагнення моє,
Мов попіл Клааса, у серце б'є,
Пробуджуючи сни несамовиті.
Він проведе мене у боротьбі,
Й вона настане та визвольна днина,
Коли я поверну його тобі,
Цей шмат землі твоєї, Україно!       (Леонід Первомайський).

Этот солдат тверд в своих убеждениях. Он верит, что освобождает родную землю от врага не только для себя, но и для сыновей и внуков. За его спиной стоит история, считая его за своего защитника.

Нам не упасти від утоми,
Віра силу підійма.
Вчора ми взяли Житомир,
Йшли у наступ не дарма.
Плинуть радості й печалі,
Все буває на війні.
Доки впишуть на скрижалі,
Як минуле, наші дні.
Отоді, щоб люди знали,
Як в епоху бойову
Ми за Києвом займали
Оборону кругову.       (Любомир Дмитерко).

Этот солдат любит товарищей по оружию, по духу, по своему военному тяжелому труду. Слово «друг» для него свято. Нет высшего и более благородного чувства, чем чувства общества. «Нет связи более высокой, чем общество, – говорил Николай Гоголь. – Отец любит своего ребенка, и мать любит своего ребенка, ребенок любит отца и мать; но это не то братство; любит и зверь своего ребенка. Но сродниться душой, а не кровью может только человек. Бывали и в других землях товарищи, но таких, как на русской земле, не было таких товарищей. Пусть же знают они все, что такое значит на русской земле товарищество».

В украинской поэзии образ солдата-друга изображен искренне и глубоко. То, что заметил Николай Гоголь в русском человеке, одна из самых главных черт нашего характера. Украинский поэт изображает солдата-товарища в будничных условиях войны, в бою, но какой романтикой веет от этого образа.

Дві години ми знайомі
З тим товаришем були.
Вдвох на утлому паромі
Дін ми з ним переплили.
Вдвох брели ми понад сили
Через піски й полини
Вдвох мовчали, вдвох курили,
Вдвох ділили новини.
Вдвох упали ми в канаву,
Вчувши в небі свист і дзвін,
Вдвох лягли в траву криваву,
А підвівся я один.       (Леонід Первомайський).

Так в украинской поэзии рождается образ советского солдата. Это человек глубокого и крепкого характера, тонкой душевной организации, одарен умом, безграничной храбростью и чувством сердечной дружбы. Вторая тема войны – тема нашей Родины, нашей родной земли, которую мы все, как самое дорогое в жизни, называем матерью. Образ матери – самый благородный образ мировой литературы – в украинской культуре создал Тарас Шевченко. Это не библейская мать Христа, покорная и всепрощающая обиды иродам и пилатам. Этого не мать, созданная фламандским искусством, приносящая в жертву земным благам, сытости и наслаждениям все свои душевные богатства. Нет! Мать Шевченко мятежная, многострадальная, проходящая через горе и муки, мстящая своим обидчикам. Шевченковская мать – это родная Земля-Украина, раскрытая через материнство.

Украинская советская поэзия взяла от Шевченко этот великий, но все же традиционный образ и обогатила его новыми чертами характера, свойственными нашей жизни.

Україно моя! Чисті хвилі ланів,
Променисті міста, голубінь легкокрила.
Україно! Сьогодні звірів – ворогів
Ти гарячими грудьми зустріла.
Україно! Живого труда сторона,
Зорі ясні, погожії, тихії води.
Україно! Ти в славній борні не одна,
В ній з тобою під стягом багряним – народи.
Мати рідна моя! Знай: по бурі тяжкій
Перемога засяє дзвінка і погідна.
Славен буде в народах священний твій бій,
Славен серп твій і меч твій, земля моя рідна!        (Максим Рильський).

Поэт-академик Максим Рыльский, автор многих поэтических сборников, а также популярной песни о Сталине, новую книгу, написанную во время Отечественной войны, назвал «Слово о родной матери».

Известный поэт-академик Павел Тычина одно из своих самых талантливых стихотворений так и начинает: «Матери забыть не могу». Снится она ему темными ночами, тревожит сердце поэта своими страданиями. Но видит он вдали, за горами горя, как восстает народ против немецких захватчиков, как седой Днепр грозно шумит волнами, как борются на родной земле народные мстители-партизаны.

А с какой глубокой человечной любовью и нежностью вспоминает свою мать – Советскую Украину – один из самых талантливых наших поэтов, погибший на фронте – Кость Герасименко:

Краю рідний, не зовсім гоже
Нам про тихі стіжки співать,
Але мрією ти ворожиш,
Від якої не можна спать.
Тільки б бачить тебе і слухать,
Йти б до тебе крізь бурю й сніг,
Де обніжками в завірюху
Вічний слід кобзаря проліг.
Краю рідний, хоч вітром синім
Нам дмухни із далеких меж.
Ти під німцем не зігнеш спину,
Ти в крові і в грозі встаєш.

Поэт упал на поле боя под Туапсе, сражаясь бок о бок с российским автоматчиком и грузином-танкистом, как патриот, как комсомолец, как честный и верный сын нашей Украины. Оборвалась его пылкая песня, ушел от нас настоящий талант.

Из этих двух основных тем войны будет дальше расти поэтический эпос нашего народа. Наступило время больших обобщений, философских синтезов в поэзии. Сложные процессы войны дали и еще дадут столько материалов, наблюдений и выводов для поэта, что обижаться ему не на что. Да и сами поэтические таланты война отшлифовала, выкристаллизовала, наделила их мужественным тембром. Появились такие книги, как «Сталинградская тетрадь» Николая Бажана, «Слово о родной матери» Максима Рыльского, философская поэма Павла Тычины «Похороны друга», «Земля» Леонида Первомайского, которыми может гордиться вся советская литература. Теперь издаются талантливые книги стихотворений Любомира Дмитерка «На поле боя», Петра Дорошко «Гнев Украины», Ивана Неходы «Лесные жилища», Степана Крижановского, Ивана Гончаренко и других.

Так растет наша украинская советская поэзия. Ее источник, вбирая в себя и доблестные подвиги воинов, и горько-печальные явления, и замечательную, необычайную силу народа, творит историю на удивление всему миру.

Военные события трех лет обогатили, укрепили украинскую художественную прозу. Тема бессмертия народа, сражающегося на войне, огонь мести и возмездия питают нашу прозу, раскрывают ее новые стороны и черты. Автор очень известных книг «Роман Межгорья», «Ефим Кудря», «Украина», «История радости» Иван Ле пошел на фронт в первые дни войны военным корреспондентом. Кто не видел этого мужественного писателя – труженика на передовой? Из батальона в батальон, из полка в полк ходит и работает этот писатель. Его можно было видеть под Сталинградом, и на Курско-Белгородский дуге, и на днепровских переправах. Люди его возраста могли бы и отдохнуть, а ему все мало. Он жаден к людям, к тому человеческому материалу, без которых настоящий талантливый художник не может жить. Свои записные книжки он ведет, как летописец: записывает место боя, лица людей, одежду, какой табак курили, какую еду ели, о чем пели, о чем разговаривали – и все это детально, с подробностями. Для сожженных сел и городов, убитых и замордованных немцами у него есть отдельный счет. Он в настоящий момент начал писать большой роман в трех книгах «Война». Разделы, которые мне пришлось слышать, дают представление о том, что это будет произведение большого художественного масштаба и сложных человеческих конфликтов.

Такой же и Андрей Головко. Три года войны изо дня в день он работает на фронте. Видишь его среди бойцов: ходит в солдатской гимнастерке и пилотке, смуглый, запорошенный, осанистый, поблескивая синими глазами. Сбоку – оружие и кожная сумочка, набитая крепким самосадом – махоркой. Вот таким его и видишь. Набьет себе трубку, закурит после того, что увидел и услышал, сядет где-нибудь возле машины или танка и пишет. Человек поверхностный и недалекий может сказать: «А где же его книги», не понимая того, как этот настоящий летописец Украины, волнуясь, работает по ночам над каждым художественным пустяком, над каждым словом и движением своего героя.

Юрий Яновский – один из наибольших мастеров рассказа в украинской литературе. За два года войны он издал книгу новелл. Каждая новелла этого писателя подобна драгоценному самоцвету. Такими красками она играет, такими горячими искрами светит. Закон композиции и словесного лаконизма этот мастер довел до совершенства. Когда-то Маяковский, вспоминая стихотворения Велимира Хлебникова, приводил пример: «Леса обезлесели, леса обезлосили». Ни одно слово не выбросишь, одна железная цепь. То же и у Яновского. Его новеллы, миниатюрные по своему размеру, настраивают человека на вдумчивость, на мысли о художественном синтезе.

Вот партизан (новелла «Генерал Макодзёба») говорит немцу: Твой Гитлер мечтает уничтожить меня, стереть с лица земли. Никогда этого не будет. Никакая сила не сможет оторвать меня от моей земли. Раздави меня танком, втопчи в землю, каждую косточку мою разбей, каждую жилку разорви, а я все ровно поднимусь и пойду по моей земле, буду жить и сеять, а посевая, буду песню петь. В этих словах мы узнаем не только партизана, а что-то большее, возможно то, что зовется бессмертием. Люди Яновского не боятся трагического. Они идут дорогой горя, как глубокой рекой, а лица в них ясны, горечь жертв не пугает их, а, наоборот, закаляет волю, делает их суровыми и крепкими, как железо.

«Я сам поджег дом, – говорит кузнец (новелла «Кузнец»). – Сад мой зеленый почернел навсегда. Пчелы сгорели в огне. Колодец завалился и спрятал чистую воду, которая много лет поила нашу семью. Аист, живущий на доме, ринулся с неба в свое охваченное пламенем гнездо и погиб. Здесь, под этой обгоревшей вишней, могила моего отца. Вот я целую святую землю могилы: «Благословите, отец, на бой за советскую власть».

Яновский любит Николая Гоголя. Он не подражает ему, но развивает его манеру, его гиперболизацию художественных описаний природы и людей, его интонацию тонкого украинского юмора. Пейзажи родной земли оживают в рассказах Яновского, милые и чарующие. «Какая волшебная ночь расцвела надо мной. Сентябрьские ночи Отчизны, не забыть мне вас никогда. Земля Полтавщини, окропленная моей кровью, будь благословенна навеки... Немецкие ракеты разрезали небо, на горизонте горели скирды, земля содрогалась под ногами – на востоке били тяжелые пушки. Полтавщина милая, милая вдохновительница Гоголя. Война переступила твой порог».

Большой гордостью за свой народ и Родину насыщена книга новелл Юрия Яновского. Звезда этого мастера еще в будущем, а то, что он создал уже сегодня – это наш золотой запас.
За три года войны активно работали все основные силы нашей прозы: Иван Ле и Юрий Яновский, Андрей Головко и Юрий Смолич, Петр Панч и Семен Скляренко, Анатолий Шиян и Леонид Смилянский, Натан Рибак, Алекса Кундзич, Вадим Собко, Василий Кучер.

Юрий Смолич написал талантливую книгу рассказов «Битва». С каким эпическим спокойствием, не нагнетая никакого ужаса, Смолич рассказывает о жестоких пытках, которым немцы подвергали наших людей. Если бы он пошел линией нагромождения зверств и убийств, если бы даже задумал написать что-то похожее на страшные круги Дантова ада, это бы не произвело такого впечатления, как рассказ о силосной яме под названием «Десятая смерть».

«Кто его знает, была ли эта наихудшей среди всех ям, но яма очень плохая. Другие ямы делали, конечно, в старых карьерах, по буеракам и оврагам. Только и названия, что яма. В селе Лелюках яму сделали просто на выгоне за колючей проволокой, а в колхозе «Красный партизан» людей держали в конюшне. Конюшня была новой, добротной, с глинобитной крышей. То были села большие, и людей загоняли там в лагеря целыми сотнями, а здесь сельцо на полотораста дворов, один колхоз, взяли лишь заложников и бросили их в обычную силосную яму». О жизни заложников в этой яме, об их мучениях рассказывается просто, обыденно, спокойно и это поражает.

Если лучшие новеллы Юрия Яновского кое в чем перекликаются с такими мировыми шедеврами, как «Матео Фальконе», Мериме или «Отец Миллон» Гю где Мопассана, то «Десятая смерть» Смолича ведет нас к лучшим творениям Василия Стефаника. Вспомните спокойное начало новеллы Стефаника «Новость». «В селе новость: Грыць Летючий утопил в реке свою младшую дочь. Хотел утопить и старшую, но та выпросилась».

За глубоким, нарочитым покоем у Юрия Смолича кипит горячая ненависть к немецким убийцам. Леонид Смилянский написал две повести: «Золотые ворота» и «Евшан-зелье», «Золотые ворота» – первая повесть, которая появилась в украинской прозе во время войны. Романтично, вдохновенно, а местами с глубоким лирическим чувством рассказывает Смилянский о киевских золотых воротах, как символе Украины прошлого и будущего. Вот она картина нашего Киева, молодого буйного, полного красоты и труда: «Сотни мастеров делают клепку на фермах, которые поднимаются к самому небу. Сотни молотов не останавливают ни на мгновение свой ритм, – и мост величественно звенит. А недалеко едут телегами тысячи людей. Они едут в степи и села, и, возможно, каждый из них везет в своем сердце частицу этого звона. Вся Украина слышит, как гудит, звенит над могучим Днепром стальной мост, будто вечевой колокол».

И как контраст к этой веселой, буйно-творческой и несколько символистской картины мирного труда, изображен образ старой Портнихи (из повести «Дума о Портнихе»), которая идет украинскими полями, разрытыми и сожженными железом войны. И вновь образ матери появляется перед нами: ходит она среди сильных и слабых людей, среди храбрых и тихих, среди огорченных и веселых, делится последним куском хлеба, перевязывает раны сухими старческими руками, готовая отдать свое материнское сердце, полное тепла и любви, только бы наши люди жилы, только бы сыновья ее победили черную немецкую несправедливость.

Повесть Леонида Смилянского «Евшан-зелье» посвящена партизанской борьбе на Украине. Натан Рыбак находится в глубокому тылу, изучая жизнь одного из военных заводов; он написал на эту тему роман «Оружие с нами». Люди тыла – это одна из самих основных тем нашей советской литературы. Книга Натана Рыбака «Оружие с нами» – первая книга в этом плане. Как и всякий почин, она имеет много схематического и поверхностного. Люди в этой повести мало думают, мало переживают. Они отдали себя, можно сказать, воле случая. Это приблизительно то же, что было с нашей поэзией в первые месяцы войны, когда в поэзии видели лишь внешность человека, но не чувствовали душу. Марк Високос, герой книги Рыбака «Днепр», показан также и в книге «Оружие с нами», но не совсем удачно. Вспомним хотя бы эпизод, когда Високос разговаривает с Никитой Сергеевичем Хрущовым. Разговор, как его описывает Рыбак, ведется так, будто это интервью для газеты. «Эта война – экзамен для нас. В вашей судьбе еще будут суровые бои. Помните о нашем замечательном Киеве, о наших селах и городах». Кто знает хоть немного Никиту Сергеевича Хрущова, тот скажет, что это не его характер разговора, а если писатель нашел в себе смелость изобразить Хрущова в художественном произведении, то, пожалуйста, не делай этого с налета. Выучи, проанализируй, передумай много кое-чего сам, а затем пиши. Что у тебя выйдет, это покажут законы искусства и размер твоей одаренности. Вместе с тем Натан Рыбак написал очень интересный рассказ «Флаг». Замученный, повешенный немцами в Киеве юноша-партизан ночью всходит из виселицы, идет улицами Киева. Отзвук его шагов слышен на Подоле и на Печерске. Он обходит свой родной город, как хозяин. Тема бессмертия народа воплощена в этом образе волнующе и глубоко.

Вадим Собко написал книгу «Кровь Украины», повесть, охватывающую первые дни войны. Лето и осень сорок второго год. Бои за Украину. Молодой николаевский рабочий Михаил Гайворон служит в одной из частей, принимает участие во многих боях. Он честен, храбр и, как говорят, правдивый человек. Но смотрит он на события поверхностно, неинтересно. Отдельные эпизоды его жизни автор написал так, будто это газетная заметка, нечетко и поспешно. Мы не говорили до сих пор о языке нашей прозы. Но относительно произведения Собко, то об этом можно поговорить. Язык героев его повести стандартен, без красок, без индивидуальных интонаций. Нужно знать то, что через язык действующего лица можно раскрыть настроения, ум, талант, но также нужно знать писателю то, что без глубокого знания народного языка нельзя стать серьезным писателем.

Вот и все коротко о нашей художественной прозе. Я не могу здесь вспомнить все произведения писателей Советской Украины, Но в конце мне хочется напомнить вам о именах тех украинских литераторов, которые пошли на фронт, как рядовые воины народа, работали, боролись, мечтали вернуться на родную землю и написать произведения глубокие и сердечные, как их характеры. Немецкая пуля оборвала их жизнь. Нет среди нас сегодня Якова Качуры, Алексы Десняка, Леонида Зимнего, Николая Трублаини, Кости Герасименко, Игоря Муратова.

Наша проза растет за событиями, творящими историю народа. Но будет время, когда она станет на высшую ступень, будет предвидеть много чего, будет определять назревающие события в судьбе народа и смело писать о будущем. Будут созданы повести и романы о человеке нашего времени, простом, земном, любящем и страдающем, о человеке с умом, мечтами и дерзновениями, о человеке из кристально чистой и неповторимой любовью к своему народу и к своим товарищам. Один великий творец когда-то сказал: «Эпопея избирает в героя всегда лицо значительное, которое было в связях, в отношениях и в соприкосновении со множеством людей, событий и явлений, вокруг которого необходимо должен созидаться весь век его и время, в которое он жил. Эпопея объемлет не некоторые черты, но всю эпоху времени, среди которого действовал герой с образом мыслей, верований и даже познаний, какие сделало в то время человечество. Весь мир на великом пространстве освещается вокруг самого героя».

Такая эпопея будет написана. Ведь среди наших людей есть Спартак и Прометей, Разины и Кармелюки, Довбыши, Зои Космодемъянские и Дуси Бессмертные. Я умышленно сближаю исторические плоскости и время, чтобы видно было, что история конденсируется, как самая ценная энергия человечества в нашем народе, в поведении, мыслях, в подвигах труда и войны. У нас часто говорят. «Наша литература должна быть подобной античной».

Это не верно. Наш народ живет в такое время, проводит такую войну, что античное искусство перед ним бледнеет. Нужно желать другого – в нашем братском содружестве культур и народов нужно так воспитывать писателя – творца, чтобы он мог создать новые эпопеи о нашей жизни и борьбе, чтобы этими произведениями гордились люди на многие поколения вперед.

Календарь событий

      1
23 4 5678
9101112131415
16171819202122
23 242526 27 2829
3031